И приходит время, вы устраиваетесь на ночлег в комнате молодых. Вы в полном умилении, вам приходит в голову: если б все семьи были так счастливы, как припеваючи жило бы все человечество! И, воодушевленный этой идеей, вы с удовольствием расстилаете хрустящую простыню, но в это время в комнату входит дядя. Вы смотрите на него с симпатией, но, глядя в сторону, он, конфузясь, бормочет: - У ребят сейчас отпуск, понимаете, они так мало бывают вместе... Пошли-ка лучше ночевать ко мне! - И вы, понятливо кивнув, с готовностью идете, и дядя радостно обещает вам показать интересные книжки и идет за ними, и пока вы снова хрустите простыней, в кабинет прокрадывается тетя, и, беспокойно теребя фартук, шепчет: - Нет, пойдемте лучше ко мне - он будет с вами полночи болтать, перевозбудится, ему при его склерозе вредно! И думая, какие они все же любящие и милые, вы с простыней шагаете за ней в уютную комнатку, но на пороге вдруг появляются встревоженные дочка и зять. Извинительно улыбаясь, они говорят, что мама так чутко спит, каждый скрип ей мешает, и зовут вернуться к ним. И вы уже готовы снова взять простыню в охапку, но из-за спин молодых, отрицательно тряся головой, выпрыгивает дядя и тянет простыню к себе, у него ее тотчас ловко выхватывает тетя, и вы бегаете с простыней по кругу, потом вдруг останавливаетесь, краснеете, и через десять минут уже печально бредете по улице, перебирая другие адреса, думая, куда ткнуться. Вы так огорчены, что, если б не завтрашняя ответственная встреча, вы ни за что бы никуда больше не поехали, а отправились бы на вокзал, но вы все-таки поднимаетесь еще по одной лестнице и издали слышите из-за двери крики, звон разбитого стекла и шум драки. Вы в растерянности медлите и все же нажимаете на кнопку звонка.