ГЕРОЙ: (держась за сердце) Нельзя ли помедленнее?

ИГОРЬ: Не тот я стал. Как там америкашки говорят "over the hill". Зрение подводит. Раньше, как птичка летал.

ГЕРОЙ: Простите, а вы не могли бы, хотя бы иногда смотреть на дорогу?

ИГОРЬ: А чего на нее смотреть? Я там ничего нового не увижу.

ГЕРОЙ: Пожалуйста, мы вас очень просим. Вот сейчас! Там! Мы же сейчас впропасть вылетим! Помогите!!

ИГОРЬ: Ой, ребята, ребята. Как же вас мамки на юг одних отпустили? Удивляюсь я!

ГЕРОЙ: Когда мы доехали, у каждого из нас было по три инфаркта.

ИГОРЬ: (становясь сам собой) Как минимум.

ГЕРОЙ: А Ушка, по-моему, поседел.

ИГОРЬ: Он от природы блондин.

ГЕРОЙ: Значит, поседел, но незаметно.

ИГОРЬ: Дальше мы искали какого-то твоего друга в каком-то Доме Отдыха.

ГЕРОЙ: Но после оказалось, что он уехал за неделю до нашего приезда.

ИГОРЬ: Короче, мы сняли комнату.

ГЕРОЙ: Если ты называешь это комнатой, значит, тебя подводит память. Клетку для хомяков.

ИГОРЬ: Да, она была небольшая.

ГЕРОЙ: Крохотная.

ИГОРЬ: Зато в ней было окно.

ГЕРОЙ: Размером с почтовую марку.

ИГОРЬ: Там даже были кровати.

ГЕРОЙ: Которых всегда не хватало на всех.

ИГОРЬ: А что ты возмущаешься? Ты же ведь ни разу не спал на полу.

ГЕРОЙ: И ты не спал.

ИГОРЬ И ГЕРОЙ: (хором) Бедный Ушка.

ИГОРЬ: Зато, какое красивое зрелище открывалось нашим глазам каждое утро! Огромное, синее небо. Белые домики с разноцветными крышами, и вдалеке бирюзовое море, которое, кажется, спит, и спокойно дышит.

И еще резные тени на мягком асфальте, соленый морской запах, вкус перезрелого абрикоса, и девушки.

ГЕРОЙ: С этого момента поподробнее.

ИГОРЬ: Много девушек, которые ходят вокруг тебя, смеясь, и прикрывая глаза рукой, как козырьком. А ты никак не можешь решиться, с ними познакомиться.