- Я - книгопечатания. - Я - искусства. - Я - медицины. - Я - культуры. - Я - воспитания. - Я - исправления людей. - Я - одурманивания. - Я - благотворительности. - Я - социализма. - Я - феминизма, - закричали они все вдруг, теснясь вперёд перед лицомельзевула. - Говорите порознь и коротко, - закричал Вельзевул. - Ты, - обратилсян к дьяволу технических усовершенствований. - Что ты делаешь? - Я внушаю людям, что чем больше они сделают вещей и чем скорее они будурделать их, тем это для них будет лучше. И люди, губя свои жизни для произведения вещей, делают их всё больше и больше, несмотря на то, что вещи эти не нужны тем, которые заставляют их делать, и недоступны тем, которые их делают. - Хорошо. Ну а ты? - обратился Вельзевул к дьяволу разделения труда. - Я внушаю людям, что, так как делать вещи можно скорее машинами, чем люд_ми, то надо людей превратить в машины, и они делают это, и люди, превращённые в машины, ненавидят тех, которые сделали это над ними. - И это хорошо. Ты? - обратился Вельзевул к дьяволу путей сообщения. - Я внушаю людям, что для их блага им нужно как можно скорее переезжать рместа на место. И люди вместо того, чтобы улучшать свою жизнь каждому на своих местах, проводят большую часть её в переездах с места на место и очень гордятся тем, что они в час могут проехать 50 вёрст и больше. Вельзевул похвалил и этого. Выступил дьявол книгпечатания. Его дело, как он объяснил, состоит в том, чтобы как можно большему числу людей сообщить все те гадости, которые делаются к пишутся на свете. Дьявол искусства объяснил, что он, под видом утешения и возбуждения возвышенных чувств в людях, потворствует их порокам, изображая их в привлекательном виде. Дьявол медицины объяснил, что их дело обстоит в том, чтобы внушать людям,то самое важное для них дело- это забота о своём теле. А так как забота о своем теле не имеет конца, то люди, заботящиеся с помощью медицины о своём теле, не только забывают о жизни других людей, но и о своей собственной.