Картины этого разложения чрезвычайно ярки и даже страшны, но зато поучительны. Растление шло сверху вниз - с лиц, стоявших во главе церковной власти, т. е. с архиереев, вытворявших в мелочах своей архиерейской жизни чудеса, внушавшие к ним ненависть, презрение и все другие чувства гадливости, какие можно питать к людям, с которыми неприятно сталкиваться, а тем паче иметь какое-либо дело. Архиерейская среда была такова, что, по словам "Киевской старины", во всём персонале преосвященных владык было "весьма трудно найти людей с нравственными качествами, соответствовавшими высоте их служения". Чтобы представить это с должною историческою доказательностью, "Киевская старина" намерена напечатать "ряд очерков из жизни южнорусского высшего духовенства", из коих в первую голову представлен преосвященный Кирилл Терлецкий, смиренный епископ луцкий, по прозванию "Райский змей" или "Коварная лисица".

Мы сделаем самую краткую выдержку из этого документального рассказа, сколько интересного, столько же и поучительного.

Преосвященный Кирилл Терлецкий был сделан епископом "по грамоте короля Стефана Батория", а Баторий, назначая его преосвященство, полагался на рекомендацию или представление киевского митрополита Ионы. "Наиболее выдающиеся черты характера" Терлецкого были: "хитрость, изворотливость и склонность к проискам". Впрочем, сами митрополиты были насчёт преосвященного Кирилла неодинакового мнения: Иона его рекомендовал доброму королю Батуру с наилучшей стороны, а другой митрополит Михаил Рагоза (смотри его письма к кн. Острожскому) называет Кирилла "Райским змеем" и "Коварной лисицей" и советует его "беречься". Поэтому обе клички, несколько неловкие по приложению их к лицу святителя, по крайней мере несколько умягчаются тем, что их преосвященному Кириллу дала духовная особа, ещё выше его стоявшая в церковной иерархии. Многие другие достоверные лица все единогласно свидетельствуют о сребролюбии Терлецкого, о его невоздержании, чужеложстве, убийствах и других, сим подобных, "выступках, о коих мало не весь свет знает". В частности же его обвиняют "в убийстве маляра Филиппа и попа Стефана, в преступной связи с невесткою, т. е. женою родного его брата; в дружбе с ворами, в делании фальшивой монеты и в проч.".