Вот даже желтобокие черноголовые полевые птички всю дорогу поют в колючках или в кустарнике одну и ту же заученную трель неспроста. Они знают, для кого они высвистывают. Они-то знают, как их любит Султанмурат. Птички эти - сарайгыры*, а прозываются они так потому, что всю жизнь понукают свистом своим некого солового жеребца: "Чу, чу, сарайгыр! Чу, чу, сарайгыр!" Чудные птахи сарайгыры. Но, оказывается, на разных языках они поют по-разному. Однажды приехал в аил киномеханик, веселый русский парень. Султанмурат крутился возле, помогал перетаскивать коробки с лентами, а вечером ему за это выпало первому крутить динамо-машину. В динамо-машине вырабатывается электрический ток, а от тока светятся лампочки, а от лампочек свет на побеленной стене - экран, а на экране живые изображения.
______________
* Сарайгыр: сары - соловая масть, айгыр - жеребец.
Так вот киномеханик этот прислушался и спросил:
- Что это за птичка за забором поет?
- Это сарайгыр, - объяснил ему Султанмурат.
- А что она поет?
- Чу, чу, сарайгыр!
- А что это значит?
- Не знаю. По-русски должно быть: "Но-о, но-о, желтый жеребец!"
- Во-первых, жеребцы желтыми не бывают, но допустим. Но почему все время: "Чу, чу, сарайгыр!"?
- Потому что птичке этой кажется, что она едет на свадьбу верхом на сарайгыре, едет, едет, но не доедет, и потому кричит: "Чу, чу, сарайгыр!"
- А я слышал другое. Будто сарайгыр играл в карты на базаре. И чуть было не выиграл три рубля, но не выиграл. И потому поет: "Чуть, чуть три рубля не выиграл!" И будет свистеть так до тех пор, пока не выиграет эти три рубля.