- Выручай, Гена.

А чего просить. Я всегда начеку. Я человек крепкой моральности: жена, дом, дети - все должно существовать в единственном виде. В рот я тогда не брал. Это я сейчас отклонился, но жена занимает в данном вопросе трезвую позицию. Иду, значит, на трибуну громыхать по моральному пункту, аплодисменты вкушаю. На перевыборах лучшие трудовые голоса собирал, а они ведь, как из демократии явствует, тайные, задушевные.

Вот какая линия горизонта раскрывалась перед моей персональностью. И на этом самом месте произошел со мною поворотный момент. Переводят наш энский завод в энском направлении. Желаешь - следуешь за ним, вторая реальность - расчет. Сел я, склонил над мыслями голову. Мать при почтенном возрасте. Жена докладывает, что в скором периоде я отцом семейства повторно произрасту. И взял я второй вариант - надо искать новое трудовое пристанище.

Живет в нашем дворе дядя Гриша, телефонный мастер. Забиваем как-то вечером козла. Раскрываю ситуацию. Дядя Гриша ус кверху превознес.

- Отказался, выходит, осваивать энские просторы. В столице решил фигурировать?

- Имею ближнюю перспективу.

- Правильное направление. Налицо как раз для тебя подходящий проект. Пока что вакантный.

- В точку, дядя Гриша.

Он свой ус превозносит:

- Так, так. В столице, выходит, пребывать хочешь? С премией?

Подтверждаю.

- Я тоже жить хочу. Надеюсь, ты понимаешь, дорогой Гена?

Я парень прямолинейный:

- Сколько?

Дядя Гриша посветил на меня глазом, еще выше ус крутит:

- Жалко мне тебя. Молодой ты парень, да прямой слишком. В комсомоле, предчувствую, состоишь?

- Имеются возражения?

- Голосую "за". На здоровье. А вот комсомол, предчувствую, будет иметь возражение, если магарыч придется демонстрировать.