На танке не было карбюратора, все свечи надо менять, поршневые кольца ни к черту не годились, вся оптика украдена, ствол пушки пробит насквозь противотанковой пулей, и самое отчаянное было то, что не оказалось инструментов, ни одного ключа, и, если бы эту развалину даже отправить на ремонтный завод, там бы провозились с ней до седьмого поту. Танкисты приуныли.
- Наобещали генералу, эх, ребята, подлецами оказываемся, - малодушно сказал губастый Константин Костин.
- А кто же знал! - закричал на него чумазый Федя Иволгин. - Какому черту сиволапому, например, карбюратор понадобился! Щи на нем варить?
Они сидели вокруг танка под навесом, куда с одного края метель наносила голубоватый, как сахар, сугроб дымящей поземкой.
- Шарики в башне надо менять, - тихо проговорил башенный стрелок, худощавый брюнет, похожий на девушку с усиками, - а дыру в стволе, в пушке пальцем, что ли, заткнуть?
- Товарищи, кончили психологию? - спросил тот самый - с водянисто-голубыми недобрыми глазами, техник-студент, москвич, Сашка Самохвалов. - А то я начинаю жалеть, что связался с такой сопливой компанией. - Он встал и засунул руки в карманы длинной, ему до пят, германской шинели. - Вот мой приказ - на ремонт этого крокодила три недели сроку. Для этого надо вытащить из болота оба средних танка, на них найдем некоторые части. Не найдем - пойдем по деревням, из избы в избу, отыщем все, чего не хватает; у мужичков все припрятано. Кто со мной не согласен, предлагаю того заклеймить изменником родине...
Танкисты помолчали, глядя, как ветер отдувает ему полу немецкой шинели.
- Немного ты перехватил, дружок, - сказал ему чумазый Федя Иволгин, но в общем, конечно, правильно.
Все поднялись, взяли пешни, топоры, стали заводить тракторы. Вытащить из болота средние танки оказалось много легче. Их тоже поставили под навес. Трое танкистов - Иволгин, Самохвалов и Костин - занялись разборкой моторов. Четверо пошли на деревню - искать по дворам инструменты и разные части - и действительно у одного мужика, кузнеца, значившегося в колхозе кустарем-одиночкой и лодырем, обнаружили среди ржавых замков и примусовых горелок все три карбюратора.