- Мал-чать! Право на борт! Мал-чать! Право на борт!..

Вот так сто раз проорет и целый день служит спокойно.

О строевом смотре

Строевой смотр, по-моему, это венец, можно сказать, всему. Так мне, по крайней мере, кажется. Стоял я как-то на строевом смотре дивизии атомных подводных лодок. (Только прибыл служить на атомоходы с бербазы и сразу же на смотр.) Подходит ко мне начальник штаба, и я как положено представляюсь, а он мне:

- Почему шинель белая?

А я в этой шинели цемент полгода на машине возил. Она у меня цементного цвета.

- Потому что цемент возил, - говорю я.

- А где ваша другая, парадная шинель? - спрашивает он.

- В посылке идет, - говорю я.

- А жена у вас тоже в посылке идет?

- Не женат, товарищ капитан первого ранга!

- А почему вы небриты?

- Раздражение, товарищ капитан первого ранга!

И тут он берет меня за верхнюю пуговицу на шинели и, к удивлению моему, ее оттягивает, и пуговица моя отделяется, а вслед за ней из меня появляется белый шнур. Оказывается, пуговицы у нас на шинели на шнур насажены. Шпур оборвался где-то там внутри, вот он его и вытянул. Оттянул он мне шнур и отпустил, и повис у меня шнур очень низко и болтается.

- А это что? - спрашивает он,

- А это шнур, - говорю я.

- Накажите его, - поворачивается он к моему командиру, - у него на все есть ответ.

И наконец, о начальнике

Чем выше звание начальника, тем больше мусора в помещении и больше запятых, пропущенных в документе.

Как себя вести с начальником?

Как со зверем в зоопарке: не прикасаться к клетке.

Что делать, если начальника с утра злая муха укусила безжалостно?

Нужно сохранять спокойствие. Потому что начальник не вечен. "И этот пройдет!" - как сказал Соломон.

Вызывает меня старпом, и только я появляюсь в дверях, он орет;