А генерал Ковалев говорит: "Да, говорит, Штукарев наш настоящий русский человек; я, говорит, совершенно в том уверен, что, пока он жив, никто в его делах ничего не разберет". Что ж ты думаешь, Фирс вынес это? Как бы не так! "Эх, ваше превосходительство, говорит, - да я, говорит, и умру, так после меня никто ничего не разберет", Можешь ты себе это представить - и здесь не упустил!

Молчанов (смеясь). Вот! как грач по пашне, прыгал с одного на другое: про все переговорил - и опять за Фирса! Когда б ты знал, как мне это надоело два часа кряду день изо дня все слышать: Фирс Григорьич да Фирс Григорьич, точно он здесь какой король. Да черт его дери! Он мне вовсе не интересен.

Колокольцов (таинственно), А скажи, правда это, что ты на него иск детским приютам уступил?

Молчанов (снова рассмеявшись). Опять грачом запрыгал! (Серьезно.) А что такое?

Колокольцов (шутливо и робко). Ничего, душа моя, ничего... Но это, я думаю, ему... не по носу табак.

Молчанов. Я и не желаю его носа тешить.

Колокольцов. Да, да, именно носа не тешить. Есть на этот счет французская пословица, только не к носу, а к другому, к плеши: il ne faut jamais теше де чужие ле плеше... А? понял? По-русски это просто значит: не тешь чужую плешь. (Нагибаясь к Молчанову.) А знаешь ты, я, наблюдая твой характер, всегда сравниваю тебя с Сарданапалом, именно с Сарданапалом. Ты очень тих, и вдруг ты этак именно являешься Сарданапалом, которого век считали бабою, а он вдруг взял и сжег себя.

Молчанов (громко расхохотавшись). Ха-ха-ха! Ох! ты меня уморишь, Иван Николаич!.. Ха-ха-ха!

Колокольцов. Чего ты? чего ты? Ей-богу, Сарданапал!

ЯВЛЕНИЕ 6

Те же и Мякишев.

Мякишев (входит). Здорово, зять!

Молчанов (встает, кланяется и снова садится). Здравствуйте, Пармен Семеныч!

Мякишев. Чего же это ты хохочешь? Фирс Григорьич такое под тебя подвел... статью такую вывел, а ты здесь шутки шутишь!