Всё-таки Ян был удивительный человек. Большущий, с медленными, неторопливыми движениями, он был, по Витькиным понятиям, уже довольно старый. Но вот что странно: каким-то непонятным образом сумел он поставить дело так, что Витька чувствовал себя с ним на равных.

Ян умел слушать.

Витька не знал ещё, что это талант — уметь слушать. Не себя слушать, а других. Не так-то это просто, как кажется.

Витька слышал, как он разговаривает со своими зверями. Будто они всё понимают. Будто они его друзья. Как люди.

И когда Ян рассказал однажды давнишнюю историю о морских львах, Витька во многом разобрался.

Он узнал, что Яна и ещё многих хороших людей, может, и в живых-то сейчас не было бы, если бы не один очень смышлёный и славный зверь.

И ещё Витька понял, какой человек Ян, — очень хороший, смелый и добрый человек, дружбой с которым любой может гордиться.

Очень давно, целых двадцать три года назад, когда Витьки ещё и на свете-то не было, перед самой войной Ян работал в минском цирке.

Был там в то время знаменитый на всю страну аттракцион «Морские львы и купальщицы». Очень праздничный, красивый и сложный номер.

Манеж превращался в бассейн, и в нём в разноцветных лучах прожекторов плавали угольно-чёрные глянцевитые морские львы и девушки в светлых купальниках.

Они не просто так плавали — лишь бы поплавать, — львы были дрессированные, а девушки — отличные спортсменки.

Львы и девушки под музыку кружились в воде, ныряли, играли в мяч, и это было очень здорово. Ян говорил, что это было похоже на балет. Ничего подобного во всём мире ещё не видывали. Зрители кричали от восторга. Каждый день в цирке был аншлаг.

Ян помогал дрессировать морских львов. Он сказал Витьке, что до сих пор считает их самыми ласковыми и умными животными на свете.

— Я был чуть-чуть старше тебя, Витька, такой молодой! И эта — ни-ни, совсем не был, — добавил Ян и пощёлкал пальцем по маленькой лысинке на макушке.