Минутная стрелка старинных напольных часов, что стояли у стены между огромными портретами Маркса и Энгельса, обошла несколько кругов, прежде чем Никольский оторвал взгляд от страниц. Он едва не рассмеялся. Мальчик в синей ковбойке сидел перед ним. Книжка заслоняла половину его лица. Когда он появился и бесшумно занял свое место, Сергей Сергеич не заметил.

- Молодой человек,-шепотом спросил Никольский.-Извините меня за любопытство. Что вы сейчас читаете, если, разумеется, не секрет?

Мальчик не сразу понял, о чем спрашивают, а поняв, протянул том. Это была книга конца прошлого века о походах Суворова с превосходными иллюстрациями. Никольскому она попадалась.

- Содержательная штука,-сказал он.-Для чего ты ее читаешь?

Мальчик не понял и пожал плечами.

- Ну, тему в школе проходите? Задано?

- Не-е...

- Зачем же?

- Не знаю.

- Может, просто интересно?

- Да, интересно.

- Что именно?

- А все.

- Вообще?

Никольский в недоумении почесал кончик носа и произнес мальчику стихи, которые обычно читал женщинам:

Загадок вечности не разумеем

Ни ты, ни я.

Прочесть письмен неясных не умеем

Ни ты, ни я.

Мы спорим перед некою завесой.

Но час пробьет,

Падет завеса, и не уцелеем

Ни ты, ни я.

- Это вы написали?-спросил мальчик.

- Не совсем. Это Омар Хайям. Был такой восточный поэт... Но скажи мне, ради бога, зачем все-таки ты читаешь?

- Вы верите в Бога?-глаза у мальчика сощурились и заблестели.