В конце 30-х опала А. Быкова закончилась, и он вернулся в Москву. Получил солидный партийный пост. Однако вновь не сдержался. Во время одного из разговоров в Московском горкоме партии с его руководителем Щербаковым внезапно вспылил, схватил стул и метнул его в первого секретаря. К счастью, до суда дело не дошло и провинившегося наказали по служебной линии понизили до директора завода. А вскоре началась война. Отправив свой завод в эвакуацию, Быков ушел на фронт.
Между тем его семья в первые месяцы войны оставалась в Москве.
Ролан Быков вспоминает: "Зацепский рынок был чудом из стекла и фанеры. Огромное здание рядом с маленьким Павелецким вокзалом. И когда немцы бомбили наш район, то, очевидно, они подумали, что это стеклянное сооружение и есть вокзал, и рынок был разгромлен до основания. Когда мы вышли из бомбоубежища, был страшный ветер, срывались горящие железные листы с крыш и, гремя, как Змеи Горынычи, летали над Зацепой. Страшное зрелище".
Однако с приближением фашистов к черте города в Москве началась массовая эвакуация населения. Семья нашего героя была отправлена в Йошкар-Олу, и там в нем внезапно проснулся провидческий дар. Он вспоминает об этом так: "Я видел, как гадала моя бабушка, и, когда она однажды заболела, вызвался самостоятельно раскинуть карты зашедшей соседке. Бабушка позволила мне взять колоду, но предупредила: "Читать по картам буду я". Но мне хотелось показать, что я уже взрослый, что справлюсь. Не зря ведь смотрел, как и что делала бабушка, знал, что означают карты, что такое, к примеру, четыре шестерки - дорога...