- Да, это мой родной язык, а в чем проблема?

- Я предлагаю вам заниматься со мной, десять баксов в час.

- Но ведь есть преподаватели по украинскому языку и литературе. Почему бы вам не обратиться к ним?

- Вы моложе и культурнее.

- Да, я рада, что вы это оценили.

- Так вы согласны?

- Десять...пять баксов - большие деньги. По крайней мере, это существенно в моих нынешних условиях. Я надеюсь, ваши родители знают, на что вы их будете тратить.

- Вот вы же сами нарываетесь! Разве можно с вами разговаривать! Что вы прицепились к родителям, я сам себя содержу и я могу себе позволить подумать о будущем и...

-Ладно, ладно, простите. -Таня уже раскаивалась, что наступила парню на больное место.

- Когда же вы начнете воспринимать меня не как ребенка!? Я все равно докажу вам, что ко мне надо относиться серьезно! Выкиньте, наконец, из вашей хорошенькой головки эти формальности! Смотрите на вещи непредвзято...

- Да, да, хорошо.

- И вообще, вместо этой идиотской болтовни мы могли бы уже заняться делом. Ведь вы свободны?

- В общем, да.

- Так я еду. Адрес на визитке правильный?

- Ну и черт с вами. Второй подъезд, третий этаж, звонок не работает, стучите ногами.

- Вы одна живете?

Но Таня сочла за лучшее повесить трубку. Ей стало совершенно ясно, что этого человека остановить невозможно и что теперь ее задача - просто не шуметь и попытаться сохранить все в тайне. В конце концов, он готов платить хоть какие-то деньги, а это трогательная редкость, которая ко многому обязывает.

Не знаю, как в других странах и в иных мирах, но у нас здесь большинство самцов просто помешаны на том, что их используют. А это может разозлить даже бесплотную принцессу, сгорающую от большой любви. Эти чрезвычайно ранимые животные (sont les animals naturellement faibles et malades), которые, поглядев на себя в зеркало, отдаются мрачным подозрениям, что женщины любят их только за кофе и шоколадки, а вовсе не за длину члена.