Простите что я не поставил своих инициалов перед фамилией: к сожалению я их забыл. Впрочем, соседи по палате обращаются ко мне "Эммануил Полуэктович". Благодаря этому мне удалось восстановить в памяти имена моих родителей. Теперь я определенно припоминаю, что имя моей матери было Эмма, а отца, соответственно, Нуил. Что же касается моей фамилии, то я думаю, что они безусловно мне льстят. Если бы я был только "полу" Эктович, я полагаю, меня бы здесь надолго не задержали. Но я полностью критичен к своему болезненному состоянию и хорошо понимаю, что Эктович я на все сто процентов, и поэтому мне предстоит весьма серьезное лечение.

Я отчетливо сознаю, что лечение может улучшить мое состояние как гражданина СССР, но ухудшить его как носителя философской мысли, и поэтому я хотел бы поделиться своими мыслями с вашими читателями заблаговременно, то есть до окончания процесса излечения.

Тема, которую я хотел бы осветить, почему-то считается в нашем обществе как бы неприличной и стыдной, хотя в западной научной и популярной прессе ей напротив уделяется повышенное внимание. Речь пойдет о сексе, но не просто о сексе как таковом, а о его понимании с философской точки зрения и его роли в интрепретации и моделировании важнейших вопросов гносеологии и истории науки.

С некоторых пор мне стало представляться, что определенным видам секса соответствуют определенные философские концепции, традиции и и мировоззрения. При более пристальном взгляде становится очевидным, что определенным философским системам и традициям могут быть поставлены в прямое соответствие определенные виды секса. Более того, соответствующая сексуальная практика может являться иллюстративной моделью той или иной философской системы.

Я хотел бы начать с мастурбации, в просторечии именуемой онанизмом, как с наиболее выразительного примера. На мой взгляд, в этом технически простом виде секса, не требующем наличия партнера, наглядно воплощена концепция солипсизма. Известная формула "существую только я и мои ощущения" - это девиз философа-онаниста или онаниста-философа, не берусь утверждать, что здесь первично, а что вторично.