Впрочем, не в имени дело. Вот если бы у нее, Нины, был друг, ей было бы все равно, как его зовут… Можно было бы даже и на какого-нибудь Стасика согласиться. Она звала бы его Стасом. Стильно! А Вадика можно называть Вадимом. Хотя нет, Вадим – как-то уж очень по-взрослому, официально… Но некоторых Вадимов, между прочим, называют Димами. Да! У папы есть друг, который Вадим, так вот он – дядя Дима. Дима, Дмитрий… Хорошее имя! Мужественное. Но уж слишком распространенное. У них в классе два Димы. Ну и что? Она звала бы своего Дмитрия, например, Митей… Ха! Своего! Где ж его взять-то, своего? В классе вообще не на кого посмотреть. Оба Димы – настоящие кретины! Да и остальные не лучше! В параллельных классах тоже на парней без слез не взглянешь! Ау-у! Где вы, настоящие парни?

Нине показалось, что над этим вопросом она размышляла довольно долго, а потому минуты-улитки должны были уже прилично уползти вперед. Она опять бросила взгляд на часы и в раздражении даже притопнула ногой. Прошло только три минуты. Всего три! А впереди еще целых полдня! На что они человеку, которому некуда себя деть и у которого все разладилось в организме?

Она, Нина, уже давно существует в состоянии непреходящего душевного напряжения. Раньше она жила себе и жила потихоньку, плыла по течению, ни о чем особенно не задумываясь. Ее вполне удовлетворял молодежный сериал «Школьники» и девчачьи глянцевые журналы. Она всегда подписывалась на приложения к ним, из которых можно было вырезать картонных кукол и одевать в платья для принцесс. У нее была целая коллекция этих кукол. Но в этом августе, вернувшись домой от бабушки, у которой отдыхала два месяца, Нина отнесла всех картонных кукол в мусоропровод. Без всякого сожаления. Очень уж они казались ей нелепыми, аляповатыми и безвкусными. После этого Нина выгребла из всех ящичков яркие заколочки в виде бабочек и сердечек, разноцветные фенечки, подвески из стекляшек, пластиковые серьги и отправила это богатство вслед за куклами. Она действовала решительно и методично. По собственной инициативе. Она, не отдавая себе отчета, будто готовилась к какой-то новой жизни, освобождая свою комнату от дешевого хлама, игрушек и глупых журналов.