- Эх, и хорошо по таким лупить!

- Ах ты! - на секунду даже обомлела трубка. - Да я тебя живьем сгрызу.

- А ты далеко от меня?

- Где бы ни был, а достанем. Так что предупреждаем - и последний раз...

- Стой! Кто-то звонит. Не бросай только трубку.

Он подошел к двери, поглядел в глазок и увидел, что стоит та, которую ждал уже три дня и которая еще сегодня утром была ему нужна до зарезу. Она должна была сниматься в его фильме, и ее знала и любила вся страна. Ее портреты, молодые, прекрасные, улыбающиеся, висели в фойе почти каждого кинотеатра, ее карточками пестрели газетные киоски. Ее всегда узнавали, когда она появлялась с ним на улице. Он очень, очень ждал ее эти три проклятущих дня, но сейчас она была ему просто ни к чему.

"Вот еще принесло на мою голову, - подумал он, - что это все на меня сразу стало валиться".

Он открыл дверь. Она не вошла, а влетела и сразу бросилась к нему. Даже не к нему, а на него. У нее было такое лицо и она так тяжело дышала и так запыхалась, что несколько секунд не могла выговорить ни слова.

- Ну что с тобой? - спросил он грубовато. - Ну окстись! Вид-то, вид-то! - И он слегка потряс ее за плечи. - Ну!

Она облизнула сухие губы.

- Ой, как рада вас видеть здоровым. Ваш телефон все время занят.

- Ну да, спал я и снял трубку. Звонит всякая шушера.

- Вот и брату звонили, требовали вас, грозили подстеречь в подъезде, я только что вернулась со съемок и он мне это сказал. Я сразу же бросилась сюда. Видите, даже не переоделась.

На ней, верно, был рабочий костюм, брюки, блузка, большие солнечные очки.

- Ну, тогда садись и передыхай. Я сейчас кончу разговор. Ты слушаешь, мужик? - спросил он трубку. - Молодец. Так вот, ты далеко от меня?

- Да зачем тебе это нужно? - в голосе теперь вдруг прозвучала настоящая растерянность. Сзади как будто слышались еще голоса. - Выследить, гад, хочешь?