- Это неправда, - сказал тогда Кирей своей жене. - Это зря написано в книге. Зачем хлеб даром нужен? Народу без заботы жить нельзя, у него сердце салом покроется и ум станет глупым.

- А хорошо бы так было, - сказала в то время жена. - Мели да мели зерно, а ни сеять, ни жать не надо...

- Это плохо, - рассудил Кирей. - По телу жир пойдет, в голове пустые мысли будут... Нам такое ни к чему, у нас лучше есть, чем Сампо, у нас электричество.

- Оно не такое, оно не даром, - сказала жена, - к нему старание нужно.

- Потому оно и лучше, что оно не даром, а требует от человека разуменья, - ответил Кирей. - Нужно, чтоб человек имел развитие, а не жил в одно свое мясо...

- Может, и правда твоя, - задумчиво сказала жена. - Всё у нас было, а всё будто чего-то недоставало, неизвестно чего...

- Неизвестно чего не бывает, - произнес Кирей. - Колхоз наш полон добра был, иль всё тебе мало?

Жена промолчала; неизвестно, чего она думала и чего хотела. И все это теперь миновало. В Доброй Пожве было сделано лучше, чем в сказке о самомольной мельнице Сампо; электричество было искусней сказочной силы, умевшей лишь молоть зерно, и разумнее, потому что требовало от человека задумчивой работы и жить ему зря не давало.

Что же теперь нужно было делать бедному, больному Кирею, когда вся жизнь в Доброй Пожве, бывшая сильнее и разумнее, чем написано в сказке, погорела, исстрадалась и погибла, как не бывшая никогда, когда остался только ветер и пустая земля?.. Кирей не знал, что ему нужно теперь делать и как быть. И он стал делать сначала то, что было прежде; пусть будет все обратно, что умерло и погорело в Пожве.