Варгин взял фермера под руку и они вышли из ресторана. По дороге Фарбер не переставал бубнить. Речь его приобрела ассоциативный характер. Он подмигивал встречным женщинам, объясняя, что от них все зло, чуть не свалил фикус в конце коридора и стал рассказывать про то, какие бывают лошади. Когда они зашли в лифт, Фарбер тоскливо стал оглядываться по сторонам, заметил на стенке неприличное слово и громко его прочел. Выглядело это, однако, совершенно пристойно. Физическое образование сказывается, подумал Варгин.

- Вот что такое социальная психология, - сказал Фарбер, проезжая мимо своего пятого этажа. - Мистер Игор, представьте себе два совершенно идентичных лифта. Вот этот, - он погладил стенку, - и соседний. Вся разница между ними только в одном: в этом лифте непристойность на стенке намалевана, а в соседнем кто-то скромно нацарапал: "Все фальшь". Какой же, спрашивается, ответ? Тот лифт отключили, чтоб не смущать детей. Фарбер рассмеялся.

Наконец он заметил, что едет не туда. Варгин любезно препроводил Фарбера в его номер. Они жарко распрощались. Фермер сказал, что он должен отдохнуть, а после пусть мистер Игор приходит, и они отправятся кое-куда.

Вернувшись в номер, Варгин решил сразу позвонить сестре погибшего. Он достал бумажку с телефоном и набрал номер:

- Алло, могу ли я поговорить с Кэтрин Гвалта?

- Да, я у телефона.

Ну и голосок, подумал Варгин, как у скрипучей двери.

- Добрый вечер.

- Вечер добрый, - в голосе явно прослеживались деловые нотки. - С кем имею честь?

- Моя фамилия Варгин. Я с Земли, - Варгин на ходу выбирал линию дальнейшего поведения.

- Ну и... - голос стал еще суше.

- Я бы хотел поговорить с вами о вашем брате. Если это удобно, конечно, - заискивающим тоном сказал Варгин.