Он шел впереди, а я медленно брел следом по длинному темному коридору. Двери... двери... много дверей. Из-за некоторых слышны стоны или плач, а за другими - тишина... Гробовая тишина. Гулко стучали об каменный пол сапоги ведущего меня, и сердце мое билось им в такт. Музыка... так и рождается музыка. Настоящая музыка: стоны, предсмертные крики, мольбы и вопли отчаяния. Глухие удары подошв сапог идущего впереди меня человека, лица которого я не видел, и ритмичные удары сердца... Сердца, которое бьется в последний раз. И я запел. Сначала это были просто завывания, но потом они стали перерастать во что-то цельное и связное. Я не знал, о чем пою, да мне и не нужно было знать. Возможно, это была песнь смерти... или жизни... а может, ни того и ни другого. Мне никто не пытался заткнуть рот, и пару раз мне даже показалось, что ведущий меня тоже стал подпевать. Я и не заметил, как коридор кончился, уперевшись в массивную, обитую железом дверь. Путем несложных комбинаций, которые в силу их ненужности мой мозг не стал запоминать, ведущий меня открыл ее. И я почувствовал, как теряю сознание. Воздух... настоящий воздух... я не ощущал такого уже целую вечность... Всем телом я задрожал и замер, стараясь дышать как можно аккуратнее. Мне казалось: сделай я резкое движение, и все это пропадет, исчезнет, заполнится темнотой. Но надо было идти дальше. И я пошел. Мне было легко и отчего-то весело. Нет, я не шел, я летел... и вдруг страшная мысль коварной стрелой оборвала мой полет. Ведь это в последний раз! Я чуть было не забыл, куда и зачем меня ведут. В страхе я замер, а ведущий меня недоуменно оглянулся и бухнул совершенно не к месту: "Радуйся, уже скоро...