<Спускайте паруса...> - с сарказмом замечал дед.

<Но Куку не удалось похоронить вопрос о Южной Земле, - писал он далее. - В начале следующего века английские и американские промышленники валом хлынули в южные моря. Время от времени они сообщали об открытии ими новых островов, богатых морским зверем. Уже одного этого было достаточно, чтобы снова возник вопрос о Южном полюсе, о более тщательном исследовании южных морей и выяснении - что же, наконец, находится южнее широты, достигнутой Куком, - море или континент?

Это была главная задача русской антарктической экспедиции Беллинсгаузена - Лазарева. За двухлетнее плавание в водах Антарктики был собран огромный материал наблюдений. Крупнейшее морское предприятие принесло не только важные научные результаты, но увенчалось выдающимся географическим подвигом. Русские открыли Антарктиду!>

<Однако Морское министерство, как это часто случается у нас, русских, не оценило по достоинству научные результаты экспедиции и на многие годы задержало издание важнейших материалов ее, - сердито писал дед. Ходатайство об отпуске средств на издание труда Николай I оставил без внимания. Через три года Беллинсгаузен вновь обратился в Главный морской штаб. Он просил выпустить в свет хотя бы 600 экземпляров, чтобы <труды были известны>. Председатель ученого совета Логин Иванович Голенищев-Кутузов сделал приписку царю, что <может случиться и едва ли уже не случилось, что учиненные капитаном Беллинсгаузеном обретения, по неизвестности оных, послужат к чести иностранных, а не наших мореплавателей>.

После многих проволочек царь соблаговолил издать труд в количестве 600 экземпляров. Но пока рукопись Беллинсгаузена находилась в работе, она подверглась такой редактуре, что, по словам Михаила Лазарева, <наконец вышло самое дурное повествование весьма любопытного и со многими опасностями сопряженного путешествия>. И это через 11 лет после великого открытия!..