Ираде - двадцать, Кямалу тридцать шесть, Ирине - сорок два. В сорок два уже не рожают. А в двадцать рожают - и не один раз, а сколько угодно. Это обстоятельство решило дело. Кямал хотел детей. Он уже созрел для отцовства, а Ирина упустила все сроки. Ирина не захотела рисковать. А кто не рискует, тот не выигрывает.

Мать Кямала страстно хотела внуков, и Кямал должен был учитывать ее желание. Желание матери в мусульманском мире - закон.

Все кончилось загсом. И скромной свадьбой. И после свадьбы - постелью. Близость с Ирадой конечно же получилась. Но не дуэт. Не Моцарт. Так... собачий вальс.

Кямал заснул и плакал во сне. Утром мать спросила:

- Ты ей сказал? - Она сделала ударение на слове "ей". Она никогда не называла Ирину по имени.

- Нет, - хмуро ответил Кямал.

- Поди и скажи, - твердо приказала мать. - Она все равно узнает. Пусть она узнает от тебя.

Кямал сел на троллейбус и поехал к школе. Он хотел приготовить слова, но слова не подбирались. Кямал решил, что сориентируется на месте. Какие-то слова придут сами. Она может сказать: "С русскими вы гуляете, а женитесь на своих". И это будет правда, но не вся правда. А значит, ложь. Он скажет Ирине, что это ложь. А она ответит: "Ты женился на девушке, которую знал десять дней. А меня ты знал десять лет. И ты обещал, что не бросишь до смерти..."

Кямал подошел к школе, но не решился войти в помещение. Это была территория Ирины, и он не рисковал. Ему казалось, что здесь ему поддадут ногой под зад и он вылетит головой вперед.

Вышел учитель физкультуры Гейдар. Они были знакомы.

- Привет! - поздоровался Кямал.

- Салям, - отозвался Гейдар. - Тебе Ирину? У нее дополнительные занятия.

- Позови, а? - попросил Кямал.

Гейдар скрылся за дверью и скоро появился.