Сергей Сергеич хотел показать, куда он бил отчима, потянулся, но неожиданно сработала правая Андрея - свояк слетел со стула и громко заматерился.

- Я ж те показать хотел! От паразит-то, в душу тя, в печень, понимаешь!.. В рот пароход! - Свояк сидел на полу, тер лоб ладонью, а другой махал в воздухе, объяснял: - Я же те хотел показать, а ты думал...

- Два молодых оглоеда - на старого человека, - сказал Андрей. Ему стало совестно, что поторопился: он в самом деле решил, что свояк хочет его ударить, когда потянулся с кулаком. - И не стыдно?

- Ты же не знаешь, как он нас молотил! Ты же...

В это время в сенях стукнула дверь - свояк вскочил с пола и быстро-быстро заговорил:

- Андрюха!.. В рот пароход! Молчи! Мы - сидим, пьем "калгановую"... Ничего не было! Понял? А то я горю, понял? Она мне, сука, устроит отдых... Лады? Мы - сидим, мирно пьем "калгановую". Свояк быстренько набулькал две рюмки, сел за стол.

Когда сестры вошли в избу, свояки чокались.

- А-а! - закричал Сергей Сергеич. - С легким паром!

- Ты, я смотрю, уже полегчал? - миролюбиво заметила Роза. Ничего?

- Все в порядке, все в порядке, - поспешил Сергей Сергеич. Спроси свояка.

- Все в порядке, - подтвердил Андрей.

- Чего нас-то не ждете, - упрекнула Соня. Но так, проформы ради упрекнула: у женщин было преотличное настроение.

Скоро все четверо дружно пели за столом. Запевал свояк тонким, дрожащим голосом... И при этом закрывал глаза и мелко тряс головой.

Я знаю, меня ты не ждешь

И писем моих не читаешь...

Все подхватывали:

Встречать ты меня не придешь,

А если придешь, не узнаешь.

Ох, встречать ты меня не приде-ешь...

Андрей не знал слов и поджидал, когда разок споют свояк и Роза, а потом уж со всеми вместе грустно гудел. Ему очень нравилась песня, и он в душе очень жалел, что ударил свояка.