От вида этих трусиков у Андрея внутри все как-то тоскливо сжалось. С девушками ему постоянно не везло. Он не понимал их, этих загадочных существ, с длинными и стройными ногами, пухлыми зовущими губами, которым было совершенно наплевать и на эффект красного смещения Доплера, и на сокращения Лоренца, и даже, страшно подумать, на саму знаменитую сферу Шварцшильда! Честно говоря, он их просто боялся, и понятия не имел, о чем с ними можно говорить.

На редких свиданиях он обычно либо молчал, либо глупо краснея и заикаясь, молол такую чушь, что сам чувствовал себя полным идиотом. Он пытался успокоить себя рассуждениями о том, что сейчас у него нет времени заниматься такой ерундой как девушки, но потом, когда он, наконец, сделает свое великое открытие, и получит Нобелевскую премию, все первые красавицы мира выстроятся перед ним в длиннющую очередь, и ему останется только сделать свой выбор.

Вдруг девушка повернула голову, и Андрей сразу узнал ее. Это была студентка из седьмой группы - наглая рыжая девица по имени Лера. Как-то раз ему пришлось вести лабораторные занятия в их группе, и он ее запомнил. Она совершенно ничего не понимала в физике, а когда Андрей попросил ее показать на графике импеданс, она в ответ только глупо хихикнула, и посмотрела на него так, словно у него расстегнута ширинка. От этого взгляда он почувствовал, как у него холодеет низ живота, а по спине вдоль хребта вдруг побежали мелкие противные мурашки.

...Прошло еще два часа, эксперимент продолжался, Андрею удалось добиться от электрона голубого свечения, на больше просто не хватало энергии, а гроза между тем уже во всю бушевала за окном. И тут вдруг во время очередной вспышки молнии Андрею показалось, что весь мир словно ледяная глыба раскололся на маленькие сверкающие кусочки: яркий голубой свет хлынул на него из ускорительного зала и мощная взрывная волна отбросила физика к стене.

"Наверное, молния попала в ускоритель, и он ворвался!" - успел подумать он и потерял сознание.