Но попробавав применить классовый подход к женской груди и другим прелестям, неожиданно выяснилось, что грудь дворянки вызывает точно такую же половую реакцию, что и грудь крестьянки, хоть разбейся.

Тогда большевики решили классовый подход сюда не применять, от греха об'явили семью ячейкой общества, а половые отношения стали считать общественно полезным и нужным стране делом. И если у вас что-то не получается в постели, партячейка соберется и сообща вам поможет, а партком, если что, поддержит, укрепит и направит.

Партия смело взяла на себя роль авангарда, чтобы никто сомневался, кто у них стоит впереди.

Собирали даже специальное ночное совещании ЦК, где была выработана и одобрена единая для всех низовых парторганизаций позиция в постели: мужчина - сверху, женщина - снизу. А наоборот - расценивалось, как предательство коммунистических идеалов.

И до сих пор коммунисты не могут пойти на сделку с совестью в вопросах пола. "Мы не отдадим своих позиций. Мы не поступимся святыми принципами. "Мужчина - сверху, женщина - снизу"- это святое! Это не трогайте!"

Само собой разумелось, что и молодежь стремилась не отстать от старших товарищей, использующих постель исключительно для дебатов с женой о коллективизации, индустриализации, правом уклоне и лишь в крайних случаях для сна. Если молодой большевик предлагал девушке в красной косынке создать семью сегодня на ночь, она с огнем в глазах отвечала: "Еще не время, товарищ! Еще не зажен пожар мировой революции. Вот построим коммунизм, тогда и займемся вплотную решением полового вопроса."

Яркие примеры отношения к сексу дает советский кинематограф. Сцена флирта между молодой девушкой и молодым военным обычно построена так. Она спрашивает, намекая ему, что пора переходить к более активным действиям: "О чем ты думаешь, милый, глядя на эту пару мило играющих на пригорке бабочек?" "Я думаю, любимая, говорит хмуро военный,- что на том пригорке неплохо бы поставить пулемет - местность больно хорошо простреливается"