Хатдам. Что это?

Соня (снимает мешочек, под которым находится маленькая, в зародыше, скрюченная нога.) Вот...

Четвертая нога у нас растет...

Уходит свет.

Хатдам. Иди коробки клей.

Александро. А Соня?

Хатдам. У Сони лицо болит... Иди...

Александро. Мне нет письма?

Хатдам. Иди...

Александро уходит в другую комнату.

Пауза.

Соня. А Дурак спал...

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Вечер. У камина с догорающими дровами расположились Хатдам, Александро и Соня с Дураком. Горб на спине Хатдама уже не так заметен, как прежде, он как-то пообмяк и пообвис... Александро в простеньком платье, растянутом большим животом, поддерживает живот руками. На голове Дурака попрежнему мешок. Соня поглаживает четвертую, значительно отросшую ногу. На столе остатки рыбы и пустая бутылка из-под водки.

Соня. Пока не знаю... Я еще не придумала...

Александро. Я скоро рожу.

Соня. Не скоро. Носят девять месяцев.

Александро. У меня по-другому. Я сегодня рожу, а может, завтра...

Хатдам. Не бывает так. Природа...

Александро. Я вам Бога рожу. А Бог сам решит, когда ему нужно появляться на свет. Богу нужно много молока. Он за двоих будет сосать.

Пауза.

Соня. Жалко только, что на земле мало людей красивых останется.

Хатдам, ты будешь красивым. У тебя глаза красивые. Вот лысина до конца волосами зарастет...

Александро. Пусть уродами походят! Это облагораживает. Ой! Толкается.

Соня. А почему ты больше писем не пишешь?

Александро. А зачем? У него, наверное, тоже горб вырос. Или ноги отсохли. Ой, как толкается!

Соня. Ты же его любила...

Александро. Это так было... Если бы я его хотя бы видела...

Хатдам. А отец кто?

Александро. А какая разница, кто отец. У меня ребенок родится. Вы же мне поможете? Ведь правда? Младенчик...