Хатдам. Он тебя обнимал?

Александро. Я же его никогда не видела... Мы переписываемся.

Хатдам. Этот, который на сушилках...

Александро. Да нет, что ты. Зачем ему это! Просто показал журнал... Я ему сказала, что журнал неприличный, а он засмеялся, и я ушла. Там, в журнале, одна женщина очень на Наташу похожа...

Хатдам (дернувшись). А чей журнал?

Александро. Этого, с сушилки...

Хатдам. На русском языке?

Александро. Да нет... У нас такие журналы не печатают.

Хатдам. А от Наташи ничего не было? (Дует на больной палец.)

Александро. Ничего... Один раз я видела почтальона, он приехал на своем велосипеде, но ничего не привез. Просто воды попросил, напился и укатил. Болит палец? Ноготь будет новый расти.

Скрип двери.

(Радостно.) Сонечка вернулась! В комнату, ковыляя, входят Соня и Дурак. Это сиамские близнецы, сросшиеся телами. Они на трех ногах, по одной руке обнимают друг друга за шею. В руке Сони удочка, в руке Дурака - ведро с торчащими из него рыбьими головами и хвостами. Лицо Сони можно назвать красивым - прямой нос, глубокие глаза, взметнувшиеся брови... Лица Дурака не видно, на его голову надет сатиновый мешок. Слышится храп.

Александро. Сонечка! Сонечка! А я еще одну записку получила! (Подбегает к близнецам.) Ой, сколько рыбы наловили!

Соня. Здравствуй, Хатдам. (Ставит удочку)

Хатдам. Здравствуй, Соня. Спит?

Соня. Спит. Мы тебя завтра ждали... (Вынимает из руки Дурака ведро, ставит.)

Александро (разглядывая рыбу). А в мое место бензина плеснули! Даже камыш завял.

Хатдам. Да вот, раньше управились... Я на попутном автобусе вернулся.

Александро. Как думаешь, Сонечка, написать ему ответ?

Соня. Всегда ведь отвечала... (Хатдаму) Устал?

Хатдам (потирая горб). Покалывает немного.

Александро (положив голову на плечо Сони). Ты мне поможешь написать ответ?

Соня (улыбается, гладит Александро по голове).