Огромного роста человек, с густым басом, выдвинутой вперед челюстью, Мурманский был хорошим актером, и его любили зрители. Частенько он появлялся на сцене в некотором подпитии, но это выражалось только в том, что его бас звучал еще громче, чем всегда, и роль велась более темпераментно.

Был, правда, случай, когда Михаила Кирилловича коньяк подвел, и весьма неприятным образом.

Игрался "Стакан воды" Скриба, и Мурманский был занят в своей постоянной роли лорда Болингброка.

Свободный в этот вечер Васнецов пришел на спектакль и, сидя в гримуборной Мурманского, дразнил изрядно подвыпившего приятеля, предупреждая, как бы тот не прервал реплику "Вот ключ от черного хода к королеве" другой, не слишком приличной репликой, как это сделал мифический актер в старом театральном анекдоте.

Мурманский смеялся и басил:

- Не возьмешь, Степа, я еще соображаю... Однако же на сцене, когда дошло до пресловутой реплики, Мурманский протянул партнеру ключ и совершенно отчетливо пробасил:

- Вот ключ от заднего прохода королевы. Зал охнул и взорвался. Хохот сотрясал здание театра. Продолжать спектакль было невозможно. Дали занавес.

Через несколько минут на авансцене появился представитель дирекции и заявил, что спектакль продолжается.

Открыли занавес и сцену начали заново, повторяя уже сказанные раньше слова.

Когда дошло до реплики лорда Болингброка, Мурманский протянул ключ и на сей рае сказал свою реплику совершенно правильно:

- Вот ключ от черного хода к королеве. Но кто их знает - законы смеха... Зал загрохотал во сто раз сильнее, чем в первый раз.

Пришлось снова дать занавес и прекратить спектакль. Эта скандальная история, однако, привлекла к Мурманскому всеобщие зрительские симпатии.

Играть ему все же месяца два не давали, потом он вернулся на сцену, но в роли лорда Болингброка никогда больше не выступал.

Так вот, когда с Мурманским произошло несчастье, когда ему ампутировали ногу, пришло неожиданное спасение.