- Миндаль и еще орехи. Всего сто пятнадцать килограммов.

- А где оставил?

- У Теймура, на том базаре.

Некоторое время Аждар задумчиво смотрел на дорогу. Потом вышел вперед и остановил проезжавшее такси.

- Садись. Поедешь, привезешь все сюда.

Немного погодя они вдвоем выгрузили из этой же самой машины два огромных мешка; оставили их на базаре у какого-то незнакомого Сарвару человека, а сами через другие ворота вышли на улицу... Падал мокрый снег, падал и таял, с земли поднимался парок, было влажно. Аждар молча, понурившись, шел сквозь сырость и гниль, вел куда-то Сарвара. Сарвару хотелось спросить, куда они идут, но спросить он не осмеливался. Ему хотелось напомнить Аждару про кур, про луну, про хижину у горы, про ежика, даже стихи прочесть; может, улыбнется, повеселеет... Но Сарвар промолчал и рад был, что промолчал - вдруг не поймет, вдруг подумает, что он на благодарность напрашивается: я, мол, тебе тогда помог, теперь ты мне... Так они молча вышагивали вдоль трамвайной линии, и, только когда уже почти дошли до места, Сарвар не выдержал, заговорил:

- Слушай, Аждар, я не затем приехал, чтоб тебя от дел отбивать. Сам справлюсь - не первый раз в городе: три года в Ленинграде служил.

- Ладно. - И больше Аждар ничего не сказал.

Свернули за угол, вошли в какой-то дворик. Там стоял старый одноэтажный домишко с застекленной верандой; на веранде седая женщина гладила белье.

Оставив Сарвара внизу, Аждар поднялся в дом, о чем-то потолковал со старухой и подозвал Сарвара:

- Ну вот, останешься здесь. - Аждар открыл одну из двух выходивших на веранду дверей. - Это твоя комната, твоя кровать... Пей чай и ложись отдыхай. Захочешь, прогуляйся, в кино сходи... А это Марго. Грузинка, женщина одинокая... Деньги будут нужны - у нее спроси. На базаре тебе делать нечего. Сам все продам.

Понятно, что Сарвару не по вкусу была такая встреча: почему он его к базару не подпускает? Подумаешь, ребенка нашел!.. Чем он хуже Теймура?.. Но ослушаться Аждара Сарвар почему-то не смел, возражать тоже не решался.