"Что же они делают?"

"Они... Ягве, мне придется еще немного понизиться в статусе. Дело такое, что по уму либо блистательному Тетраграмматону, знающему все наперед и назад, либо ничтожнейшему бесу из ничтожных".

"Прошу тебя, возвращайся. Не надо новых понижений. Не стоит рисковать".

"Как скажешь, - в ответе Эгве прозвучало несомненное облегчение. - Но я еще не явил ему картину яблока".

"Брось. Побереги свои силы. Оставим это для Огве".

"Тогда я возвращаюсь. Привести его в чувство?"

"Не нужно, пусть лежит, как лежит. Мы еще не закончили".

"И все же, Ягве, меня смущает свобода их воли..."

"Брось, не бери в расчет. Что их свобода? Барахтанье в пучине зла, метание от скверного к чудовищному, и обратно. Предусмотрительный Тетраграмматон не дает им возвыситься даже до нашего нынешнего убогого существования. Познание ничтожной эманации Всевышнего спалит их на месте, заживо. Покинь его, Эгве, вернись".

"Да будет по-твоему".

И мигом позже Огве и Ягве с удовольствием приняли в объятия усталого, потрепанного, но ни в чем не поврежденного собрата.

Глава 4

Когда радость воссоединения несколько остыла, Огве спросил:

"Между прочим, на ковчеге, в котором прибыли демоны, имеется надпись. Ты, Эгве, случаем не выяснил, что она означает?"

"Мне было не до того, - повинился Эгве. - Мне никогда еще не приходилось стоять так близко к небытию. Я чудом избежал абсолютного отчаяния, и лишь общение с вами уберегло меня от лютой смерти. Представьте: пустота - равнодушная, самодостаточная. Хочется верить, что даже в ней сумел оставить свой след великий Тетраграмматон, но я, грешник, этого следа не разглядел".

"Я думаю, что в надписи таится заклинание, - предположил Ягве. Наверно, это имя кого-то из высших демонов, обладающее известной силой".

"Не исключено. Огве, если успеешь - выясни, чье это имя".

"Я сделаю все возможное. Но прежде всего познакомлю их с яблочной сутью.