Антон только руками развел от огорчения. Ну и тюфяк этот Ватсон! Что значит быть третьим лишним, когда их в сумме аж целых шесть человек? Девочки пока дышат ко всем ровно, относятся чисто по-дружески, и никому не отдают предпочтения. Да и вообще, все это глупости! «Наверное, Темка насмотрелся «мыльных опер» про всяких там Мигелей и Викторий, вот у него крыша и поехала – убежденно сказал Родик. – На меня Влада и Даша и вовсе внимания не обращают, а мне хоть бы хны!»

Прошло еще двадцать минут. Стоять на одном месте было холодно, и ребята затеяли шумную возню – ну, чтобы хоть немного согреться. «Эй, петухи, перестаньте драться!» – тотчас одернула их пожилая женщина в каракулевой шубе. Она вела за руку маленькую, пестро разодетую девочку. Та обернулась, с любопытством посмотрела на ребят, а затем показала им язык.

Родик расхохотался.

– Ну, дожили! Над нами уже младенцы смеются. Пошли, что ли? А то ведь заледенеем, честное слово!

Ленька нахмурился, а Антон упрямо мотнул головой.

– Нет уж, дудки! Ждем до полшестого. Могут девочки на полчаса опоздать? По-моему, могут.

– Они могут и на два часа опоздать, – недовольно буркнул Родик, и застегнул молнию своей меховой куртки до самого верха. – С них станется! А ты тут мерзни, словно сарделька в холодильнике. Я уже собственного носа не ощущаю. Ребят, он у меня есть или нет?

– Есть! – вдруг послышался рядом звонкий девичий голос. – Только нос у тебя больше похож не на сардельку, а на морковку!

Оказалось, что рядом стояли Влада и Даша. Девочки были одеты в спортивные костюмы и яркие курки. Шея Даши была окутана теплым шерстяным шарфом. Он закрывал ее лицо аж до самого носа. Глаза у Даши были виноватыми и немного грустными. Зато Влада сияла от удовольствия. Ее щеки раскраснелись, словно два снегиря, и на них появились две симпатичные ямочки.