Согласно давно заведенному порядку, к главному вопросу профессор переходит после ужина.

- Арык чистили?

- Да, профессор, чистили.

- По скольку собирали?

- Кто тридцать дал, кто пятьдесят...

- Хорошо, пусть будет пятьдесят. Конечно, я только два месяца пользуюсь, но это неважно...

- Ну что вы, профессор! Краснеть заставляете, честное слово! Будто я за этим явился...

- Конечно, не за этим, - хозяйка тут как тут, - просто мы обязаны это сделать. Вы же не миллионер какой-нибудь, семья - восемь человек.

Туту-ханум знает, что муж взял из портфеля сотенную и та сейчас под скатертью. Не исключено, что это известно и Мурсалу, хотя он действительно пришел в этот дом не за деньгами. Совсем не за деньгами. Он каждый раз надеется, что профессор не заведет этот разговор.

Сто рублей - что за деньги. В конце концов, если уж не хочет оставаться в долгу, чаю привез бы, конфет каких-нибудь... Вроде гостинец. Но профессор так никогда не делает, и самое удивительное, что Мурсал всегда находит ему оправдание.

- Прошу вас, профессор, не ставьте меня в нелепое положение.

- Ты за меня деньги вносил? За арык? Вносил?

- Вносил. Ну и что? Это же уважение. Долг наш.

- А мой долг - вернуть тебе эти деньги. - Профессор достает из-под скатерти сотенную. - Так что будь любезен, возьми. Остается мечеть, но на нее, как ты понимаешь, я не дам ни копейки. Заботиться о сохранении очагов мракобесия не входит в мои планы.

... Белолицую девочку в коротком платьице и белых-пребелых трусиках звали Беневша - Фиалка, а вдоль бузбулакских арыков каждую весну полным-полно фиалок. И солнце фиалкового цвета встает по утрам из-за гор. Вечером на краю неба светятся фиалкового цвета облака...