***
На крик вскочили все трое. Били брата одного из троих, рванули: втроём расцарапали бьющего до крови, чуть не засовывая каблуки ему в зенки. Чуть черепок не раскроили. Пока охранники явились, чувак смылся. ..
- Жопа! Жопааа! - крикнули ему вдогонку...
Соединив в поцелуе большой и указательный пальцы, образовали круг: подняли над головой, помахали...
3. ЗВОНОК
Умылся на Фонтанке, стряхнул с себя девочек. Как только упал жетон, послышался грозный голос матери. Сказал матери. Сказал, что не может расстаться с Парапетом, заплакал, заныл, выругал мать, что если в эту же ночь не продаст квартиру в Гюнешли и не переберётся в город, пойдёт воровать, сядет на иглу. А то бы не был бит. Сказал, что без костюма, в спортивке. Из-за того, что в баре, везде... ходит, как лох, доставали, били морду. Ролики нужны! Или в костюме должен ходить, или на роликах. Откуда ему знать, и сам не знает, кто он, откуда, да чем занимается. Сейчас в голове такая мешанина, что не знает, на роликах ему ходить, или в костюме. Как будто что-то из этого есть! Не станет каждый день (даже если купят костюм!), сев на метро, тащиться сюда, не станет: на улице спать будет, туда не вернётся. Останется. Не продадут квартиру, умрёт, не уйдёт с Парапета. Был бы здесь - обстановку бы знал, его уже здесь забыли, трёх месяцев не прошло с тех пор, как переехал отсюда, образовались новые группировки, а войдешь в них - по носу получаешь, выживают. Если не сможет окончательно подняться, умрёт-убьёт... И этой ночью, и завтра останется здесь, будет разборки делать, будет спать здесь, на кирпичах...
***
Свесив длиннющие рукава вязаного свитера с тремя пуговицами, встал в дверях парикмахерской. Усёк: надо подрасти, на баскетбол пойти.