- Вы его найдете, вора? - спросила Искра детским голосом. - Да?

- Не знаю, не знаю, ничего не обещаю! - отрезал оперативник.

- Это надо же: в Радоницу воровать идти! Грех-то какой! Бог его накажет! Ведь что есть более святое... чем пойти на родную могилу... в Родительский день! А они в это самое время людей грабят! Нет, Бог обязательно накажет его! Их! - Светлана бормотала это бесконечно. - Бог накажет за такое!

- Ничего не обещаю, - твердил свое оперативник. - Мало людей у нас. Не хватает средств. Подпишитесь, свидетельница. Вас как зовут?

- По паспорту я Светлана, но в святцах нет этого имени. Так что я Фотина. Однокоренные слова: фотография, фотон, фосфор...

- Хватит! - взмолился оперативник.

- Вот какие у него были усы: псевдоницшеанские.

- Вот этого не надо! - Он выставил руку защитным движением. - У вас есть телефон, Искра Даниловна?

- Телефон у меня ,- ответила Светлана.

Он вяло записал номер.

- Вот увидите: они попадутся , Бог их накажет - в такой день воровать! - Светлана смотрела, как следователь пальцем чертил на лбу какие-то мучительные круги, как бы ловил мысль, которая уходила от него, а если б не уходила, то помогла бы сдвинуть с места это тухлое дело.

- Мы сразу поняли, что он тут не зря стоит, что наводчик! - кричали они ему вдоль лестницы - вслед.

- Портрет, портрет дайте! Я позвоню вечером! - Он словно в два прыжка исчез.

Вечером он не позвонил. Светлана, как и все в подъезде, думала: ограбление - как ползучая заразная болезнь. Завтра это может случиться с каждым, но не дай Бог!

Драма в том, что добро и зло в чистом виде не существуют. Украли злые у добрых? Однако если Господь допустил это, то за что-то... Слова все какие-то примитивные, думала Светлана, но там, где пытаешься дойти до глубины смыслов, сложные слова не нужны. Там, где глубина, там и литература кончается, там начинается вера.