Но Лотта качнула головой, она так устала, а когда попыталась улыбнуться, по ее щекам побежали крупные слезы. Лакей даже не спросил почему - настолько слезы пристали радуге, он обнял ее, сидящую в кресле, и поцеловал. И поцелуй был еще не кончен, когда зазвенел колокольчик, и Лотте пришлось вытереть слезы и идти.

Леди Бланш пришла в восхищение от платья, и после того, как Лотта повернулась и так, и этак, показав, как в нем надо держаться, надела платье и побежала на бал. Лотта слышала всеобщий вздох изумления при виде прелестного зрелища. Сама же она вернулась в пустую приемную, накинула старенький плащ и, спотыкаясь, побрела назад. Она думала, что ляжет и будет спать и спать. Но в Дверях ее ждала Старшая Мастерица, и на лице ее было отчаяние.

- Что бы ты думала? - вскричала она. - Королева велела сшить самое красивое подвенечное платье, какое только бывает, для королевской невесты. Свадьба назначена завтра в полдень. Подумай, Лотта, подумай! Каким должно быть подвенечное платье?

Лотте представилось платье белое, как снегопад, и, уже взявшись кроить, она сказала:

- Но мы не знаем, мадам, на кого оно?

- Делай его по себе, - сказала Старшая Мастерица, - ведь ты одного размера с этими тремя дамами.

- Как вы думаете, кто из них будет невестой? - спросила Лотта.

- Никто не знает. Говорят, королю одинаково понравились и Солнце, и Луна, наверняка ему точно так же понравилась и Радуга.

- А какой костюм был на балу у короля, мадам? - спрашивала Лотта, чтобы не заснуть.

- Очень неудачное платье для короля, - сказала Старшая Мастерица. - Он вырядился в ливрею собственного Лакея!

После такого ответа Лотта не задавала больше вопросов. Она лишь склонилась над белоснежным платьем своей усталой головкой и шила, и шила, пока у нее не заболели глаза и пальцы.

Прошла ночь, наступило утро, и за час до полудня платье было готово.

- Карета пришла, - сказала Старшая Мастерица. - Надевай платье, Лотта, невесте наверняка захочется посмотреть, как в нем надо держаться.