Паника, душившая меня, выплеснулась наружу сбивчивой скороговоркой про низкую содержательность, отсутствие интересной информации, невозможность внесения сверхзадачи...

Конёв всхохотнул, взял у меня из рук кассету, обнял за плечи и подтолкнул к выходу из комнаты.

- Какая такая сверхзадача? Откуда этих умностей нахватался? Пойдем монтироваться. Помогу по первому разу. Поделюсь секретами мастерства. Содержательность ему низкая... Ехали - дорогу сняли? Из окна машины?

Я вспомнил: раза два или три, еще по пути к пчеловоду, оператор поднимал с коленей камеру, открывал окно во всю ширь, всаживался глазом в окуляр, что-то щелкало под его рукой, и камера принималась жужжать.

- Да, сняли дорогу, - подтвердил я.

- Ну вот, я же знал, что он снимет, - сказал Конёв. Мы уже вышли из комнаты и быстро шли пустынным, погруженным в мертвый люминесцентный свет бесконечным коридором куда-то в монтажную. - Монтируем, значит, бегущий за окном подмосковный пейзаж, рассказываем, куда едем, как едем. Дом он его снял? Пасеку?

- Снял, - снова подтвердил я.

- Отлично, - одобрил Конёв. - Даем дальше картинки дома, пасеки. Рассказываем о нашем герое. О себе он что-то намычал?

- Еще сколько! - начиная воодушевляться, воскликнул я.

- О чем тогда базар? - ответно воскликнул Конёв, и, надо отметить, это я от него впервые услышал тогда слово "базар" в значении "разговор". Дальше клеим, как он разливается о себе, как водит тебя по пасеке, потом вставляешь собственную личность с микрофоном - чтоб засветиться. И все, хорош, народ в восторге. Народу ведь что нужно? В щелочку заглянуть, чужую жизнь подсмотреть! Вот мы ему и даем подсмотреть.

В монтажной этажом ниже нас ждали. Конёв усадил меня на стул рядом с видеоинженером, стоя за спиной, просмотрел отснятую пленку, бросил видеоинженеру: "Четыре с половиной минуты, десять секунд люфту, не больше, и похлопал меня по плечу: - Встречаемся там же, наверху. Пишешь текст, глянем его - и двигаем озвучиваться. Клей!"