- Ахунд Молла-Ахмед, кажется, этот месяц должен быть коротким.
Молла поднял голову от корана и ответил:
- Да, должен быть коротким.
Я тоже повернулся к Мешади-Зульфугару и проговорил:
- Да, должен быть коротким.
Я попросил у моллы без чалмы одну из частей корана, от-крыл ее и начал читать.
Я уже не помню, в какой части света я пребывал, когда увидел вдруг хозяина дома Кебле-Таги, который опустился пе-редо мной на корточки и будил меня ото сна.
Оказалось, что я крепко заснул над Кораном. Посмотрел в книгу и понял, что прочитал-то я всего две страницы из нача-той мною части. С большим трудом я дочитал часть и произнес про себя "фатиха". Я повторил первую суру корана "хамд", поцеловал книгу, вернул молле без чалмы, встал, чтоб уходить.
- Кебле-Таги, пусть уготовит аллах покойному лучшее место в своем раю и сохранит тебя, чтобы не погас очаг в его" доме!
Мы вышли в прихожую, и Кебле-Таги громко сказал:
- Скажите сестрице Бильгеис, что дядя Молла уходит. - Пусть идет.
Бильгеис - имя матери моих детей. В прихожей зажгли мой ручной фонарь и дали мне в руки. Я спустился во двор и за-метил женщину в чадре, которая вышла из женской половины и, следуя за мной, пошла из ворот. И я пошел впереди с фона-рем в руке.
Было не так уж темно и все же мой фонарь несколько ос-вещал дорогу. Мы миновали улицу Гаджи-Мурсала и вышла к мосту Алимурада. Тут я прошел через мост и вдруг заметил, что Бильгеис, закутавшись в чадру, стоит на месте и смотрит в мою сторону.
Я удивился и немного даже рассердился.