- Я знаю немного эти места. Приходилось бывать. И о тусовках - мы ведь на тусовку идем? - мне тоже кое-что известно. Нет, ваше дело, можете меня не слушать, извинился он неожиданно, а затем продолжил менторским тоном: - только в таких походах всегда есть определенный риск. Не мы одни такие умные. Где надо... - и он вытаращил судачьи глаза, воздев палец к небу, -  т а м  о тусовке известно не хуже нашего... Этот сейшн в лесу вполне подпадает под статью. Я в этих делах понимаю. А говорю я вам все это к тому, что от нас не должно быть слышно ни шороха, ни писка! - договаривая на последнем дыхании, он именно пискнул на слове "писк". Долго откашливался, матеря прокуренные легкие. Отдышавшись, пояснил: - Здесь может шастать кто угодно. Если не  о т т у д а  - тогда лесники, егеря, хрен их знает, кто еще. Контакты надо свести к минимуму. У ребят, к которым мы чешем, вполне может цвести под боком маленькая маковая плантация для народных нужд... могли посеять и коноплю - да черт их знает! - он возвысил голос. - Люди с понятием не упустят и лабораторию развернуть. Так зачем нам светиться? Сами сгорим и других подведем. Не по-братски получится.

- Но репортаж... - растерялся Всеволод Рюгин и прижал руки к груди.

- Репортаж - пусть! Репортаж будет! - Конечный взволнованно отмахнулся. - Девочки с бантиками, мальчики с "ирокезами"... споют нам хари-кришну. Место лесное, кругом елки, поди разбери - где снимали. Будет тебе репортаж. Но в пути - в пути надо быть поаккуратнее. Всякие песни, костры...

- Костры? - изумился Виктор Бориков. Он недоуменно обвел взглядом остальных. - Ты что - предлагаешь не жечь костры?

- Дым! - в голосе Конечного слышалось истерическое желание достучаться и мольба к Господу вразумить этих ослов. - Нас любая сука засечет с этим дымом!

- Ну-у, нет, - протянул Бориков, темнея лицом. - Поход без костра это, мужики, знаете...

- Огонь никуда не денется! - в этом последнем своем увещевании Конечный едва не отдал Богу душу.