Со стороны можно было подумать, что Гдов сошел с ума или колдует. Высоко вздымая над головой конец зеленого шланга, он с силой колотил им о землю, чтоб из шланга мало-помалу сыпался слежавшийся песок. Совершенно, как мужик из непристойных русских народных сказок, который аналогичными действиями, но с помощью гипертрофированного фольклором мужского полового органа изгонял чертей из захваченного ими озера. Хлюп-хлюп, хлюп-хлюп. Усилия Гдова возымели действие. Внутренность шланга стала плоской, пустой, и инструмент вновь оказался годным к работе.

Да и Гдов был уже не тот лох-дилетант, который только что взялся за дело. Опытный Гдов на этот раз заглубил насос не на 2 м, как обычно, а разместил его всего лишь в 50 см ниже уровня зеркала воды, определив этот уровень, скорее, не по метражу шланга, а по тому характерному склизкому звуку тоже "хлюп", означавшему, что насос уже вошел в воду, готов к дальнейшей работе на благо человека, и весь вопрос теперь заключается лишь в том, способен ли механизм теперь это сделать. Сумеет ли? Сдюжит ли?

Не сдюжил! Гдов аж заскрежетал зубами, поняв, что вследствие заиливания понизился дебет скважины, и насос, выбрав всю накопившуюся воду, сначала заработал со страшным скрежетом в сухой воздушной пустоте, а потом выключился. Ведь в конструкцию этой модификации насоса "Малыш" была заложена тепловая защита от работы с чудовищным перегревом, который непременно возникает, если насос не находится в родной водной стихии, играющей в данном случае роль охлаждения, нейтрализующего воспаленность насоса, как то и было задумано учеными и изобретателями.

И - о чудо! После значительной паузы система вдруг вновь ожила. Вода сначала медленно выдавила из шланга колбаску песка, похожую на дерьмо - из прямой кишки или произведений писателя Солокина, трубадура фекалий и певца неправильных отношений между людьми.