* * *
Я - Он?
- Надо бы тебя укокошить...
- За чем дело стало?
- Почему-то нельзя.
- Уголовный кодекс?
- Ну, кодекс можно и обойти. Обмануть то есть.
- Не обманешь, пожалуй. Как-никак у кодекса опыт. За его спиной Древний Рим.
- Если задуматься, задуматься целенаправленно, можно придумать, как это сделать.
- Задумайся. Целенаправленно.
- Все равно - нельзя, да и только. Что-то мешает.
- Нравственность?
- Нравственность - детское понятие. Говорят же ребенку: "Нельзя!" - и он слушается.
* * *
Самолеты с "грузом-200" я не раз видел. И при взлете, и при посадке. По телевидению.
Никаких особых примет. Как все самолеты, так и они.
Вагоны с тем же грузом будто приобретают какие-то особенные черты, какую-то окраску: тусклые окна занавешены, будто бы вагоны - пустые. Будто бы порожняк. Больше того - будто бы едут на тот свет. Вот они: идут, идут с юга на север.
Одно направление.
Что-то в них есть от конца света. Право же, есть.
Что-то они несут несуществующее в этот существующий белый свет. Думаешь: "В конце-то концов, белому свету туда же дорога... Вот иных птиц в России не стало, дело тем кончится, что людей тоже не станет". Начало концу положено. Вполне может быть, и давно положено-то, только нынче дело обстоит явственнее. Вот уже и название появилось: "груз-200".
Но "груз" этот мы видим сконцентрированным в самолетах и в поездах. А ведь он идет, передвигается в самолетах и поездах обычных, во всех видах вооружений, в пище и питье, в наркотиках, в незатейливом каком-нибудь личном багаже... Нет ничего изготовленного руками человека, что пусть в самой малой доле не содержало бы "груза-200". Человек только что родился, а при нем его доля этого груза уже имеется.