За похлебку влачащими жизнь в безнадежной тюрьме,

Где мальцы-удальцы молодыми взрастают дубами,

А мужчины, как скалы: ударишь - сломается меч.

Где мой край? Там, где мудрые предки средь сосен уснули,

Там, где женщины - сон во стогах под июньской зарей,

А девчата, как дождь золотой. А седые бабули,

Как жнивье с паутиньем, как солнце осенней порой.

Там бессмертные песни звенят, несказанное чудо,

Там от века звучит мой язык, словно звонкий булат.

Этот гордый язык - мы его и тогда не забудем,

Когда солнце с землею в последний погрузятся мрак.

Ты - наш край. Ты - цветущая груша над дедовским домом,

Метеоров осенних густых фосфорический рой,

Ты - наш стяг, и тебя никому ни за что мы

Не дадим опоганить, забыть иль попрать чужеземной ногой.

Мы клянемся тебе бороздой своей первой на поле,

И последним дыханьем своим, в небытье уходя,

Мы клянемся тебе, что ни в горькой, ни в радостной доле

Никогда,

Никогда,

Никогда

Не покинем тебя.

Братья по несчастью

Ай, Аю-Даг, что ты делаешь с морем?

Думаешь выпить до дна, оглашенный?

Брось, набухторишься только с горя

И не напьешься, ведь море соленое.

Брось эту пьянку, лихая головушка,

Чтобы наутро с тоски не повеситься:

Лодка с твоею любовью-соловушкой

Очень далеко, у лодочки месяца.

Лучше давай я вина раздобуду,

И под кефаль усидим его разом...

Выпьем за губы моей златокудрой

И за измену твоей черноглазой.

* * *

Помесь Буратино с Аэлитою,

Звездочка морозная в окне,

Грустная, красивая, забытая,

Вечером приходишь ты ко мне.

Тихая, немножечко смешливая,

Шепчешь: "Я устала, погоди"...

А потом, доверчиво-счастливая,

Засыпаешь на моей груди.

И молю я солнце, небо, звезды: