Радостный крик журавлей он не множит; Бодрые братья смеялись над ним. "Я не виновен, что я охромел, Нашему царству, как вы, помогал. Вам надо мной хохотать бы не должно, Ни презирать, видя бедство мое. Как мне лететь? Отымает возможность, Мужество, силу претяжка болезнь. Волны, несчастному, будут мне гробом. Ах, для чего не пресек моей жизни Ярый ловец!"- Между тем веет ветр, Стадо взвилося и скорым полетом За море вмиг прелететь поспешает. Бедный больной назади остается; Часто на листьях, пловущих в водах, Он отдыхает, горюет и стонет; Грусть и болезнь в нем все сердце снедают, Мешкав он много, летя помаленьку, Землю узрел, вожделенну душою, Ясное небо и тихую пристань. Тут всемогущий болезнь излечил, Дал жить в блаженстве в награду трудов,Многи ж насмешники в воду упали.

О вы, стенящие под тяжкою рукою

Злосчастия и бед!

Исполнены тоскою,

Клянете жизнь и свет; Любители добра, ужель надежды нет?

Мужайтесь, бодрствуйте и смело протекайте Сей краткой жизни путь. На он-пол поспешайте: Там лучшая страна, там мир вовек живет, Там юность вечная, блаженство там вас ждет. Между 1797 и 1800

А.Н.Радищев. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. Ленинград: Советский писатель, 1975.

ИДИЛЛИЯ

Краснопевая овсянка, На смородинном кусточке Сидя, громко распевала И не видит пропасть адску, Поглотить ее разверсту. Она скачет и порхает,Прыг на ветку - и попала Не в бездонну она пропасть, Но в силок. А для овсянки Силок, петля - зла неволя; Силок дело не велико,Но лишение свободы!.. Все равно: силок, оковы, Тьма кромешна, плен иль стража,Коль не можешь того делать, Чего хочешь, то выходит, Что железные оковы И силок из конской гривы Все равно, равно и тяжки: Одно нам, другое птичке. Но ее свободы хищник Не наездник был алжирский, Но Милон, красивый парень, Душа нежна, любовь в сердце. "Не тужи, моя овсянка!Говорит ей младой пастырь.Не злодею ты досталась, И хоть будешь ты в неволе, Но я с участью твоею С радостью готов меняться!" Говоря, он птичку вынул Из силка и, сделав клетку Из своих он двух ладоней, Бежит в радости великой К тому месту, где от зноя В роще темной и сенистой Лежа стадо отдыхало.