Но король ответил ему:

- Нет, ты станешь моим личным скороходом и находиться будешь всегда при моей особе, дорогой Мук. Жалованья кладу тебе сто золотых в год, а есть будешь за столом моих первых слуг.

Мук решил, что наконец-то он нашел счастье, которого так долго искал, и на душе у него было теперь легко и весело. К тому же он пользовался особой милостью короля: тот поручал ему самые срочные и самые тайные свои послания, которые Мук и доставлял с величайшей аккуратностью и непостижимой быстротой. Но остальные слуги короля отнюдь не были расположены к Муку, ведь им было неприятно, что к какому-то карлику, который только и умел, что быстро бегать, их повелитель благоволил теперь больше, чем к ним. Поэтому они строили всякие козни, чтобы его свалить. Но все эти козни расшибались о большое доверие, которое питал король к своему тайному обер-лейб-скороходу - вот до какого звания дослужился он за короткий срок!

Мук, хотя он и знал об этих происках против него, о мести не помышлял, для этого у него было слишком доброе сердце, - нет, он думал о том, как стать нужным своим врагам и снискать их любовь. Тут он и вспомнил о посошке, о котором уже совсем было забыл за своим счастьем. Если он найдет клад, думал он, вся эта братия волей-неволей подобреет к нему. Он уже не раз слышал, что отец нынешнего короля зарыл много своих сокровищ, когда на его страну напал враг. Говорили также, что он умер, так и не успев открыть свою тайну сыну. Отныне Мук всегда брал с собой свой посошок, надеясь, что когда-нибудь ему придется проходить мимо места, где зарыто золото старого короля. Как-то вечером случай привел его в отдаленную часть дворцового сада, куда он редко захаживал, и вдруг он почувствовал, что посошок в его руке задрожал и трижды ударился о землю. Он-то знал, что это значит. Поэтому он вытащил кинжал, сделал зарубки на ближайших деревьях и тихонько вернулся во дворец. Там он раздобыл лопату и дождался ночи, чтобы приняться за дело.