Жрецы культа наживы и стяжательства внушают человеку, что вещи, которыми он обладает, - единственное мерило жизненных благ, умышленно стимулируют материальное потребление с таким расчетом, чтобы оно оттесняло на задний план духовные запросы. Америка отнюдь не становится просвещеннее в той же пропорции, в какой богатеет и распределяет свои богатства.

В Соединенных Штатах, пожалуй, больше всего поражаешься именно несоответствию огромных материальных возможностей страны с тем, как ничтожно мало используется этот потенциал для того, чтобы обогащать культурную жизнь людей, расширять их кругозор, прививать им новые духовные потребности. Издаются талантливые книги, существуют прекрасные симфонические оркестры и картинные галереи, но слишком уж незначительным, незаметным компонентом входит все это в культурный рацион даже так называемого "среднего класса".

Не устаешь удивляться: почему так много людей предпочитают бульварную газету "Нью-Йорк дейли ньюс" гораздо более содержательной и серьезной "Нью-Йорк таймс"? Почему ремесленные поделки, дискредитирующие жанр детектива, становятся бестселлерами с многомиллионными тиражами?

- А зачем, собственно, нужно навязывать обывателю уровень культурных потребностей, присущий интеллигенту? А если ему действительно больше нравится читать про бейсбол, чем про политику; если он действительно предпочитает порнографию с 42-й улицы романам Достоевского? Ведь свобода выбора в конце концов за ним, - убеждал меня молодой экономист.

Так называемая свобода выбора духовной пищи - наглядный образец того, какую изнанку имеет подобная свобода в капиталистическом обществе. В атмосфере коммерциализма, которая пронизывает печать, радио, телевидение, кино, средства массовой информации становятся орудиями циничной спекуляции на темных сторонах человеческой натуры. Мастера рекламы считают, что людей легче поддеть на крючок, не апеллируя к их добродетелям, а потакая их порокам. То, что выдается за "отражение вкусов большинства", в действительности предопределяет деградацию этих вкусов.