И, распустив стремительную косу,

В рубашке из сурового холста,

Бежит Весна в степях необозримых,

И ядовитой зеленью озимых

За ней горит степная чернота.

1921

ПРЯХА

Поет красавица за прядкой

У неумытого окна,

И день сбегает нитью гладкой

Из рук в моток веретена.

Покорен сладкому безделью

Под мягкий стук и скрип колес,

Слежу, как тает над куделью

Девичьих пальцев нежный воск.

Завороженный и усталый,

Сижу, к овчине прислонясь.

Последний луч струною алой

Трепещет, в сумраке дымясь.

И вижу вдруг - под шум напевный,

Не в силах дрему превозмочь

Простоволосою царевной

Уже сидит за пряжей ночь.

И голова седой колдуньи

Кудель на палке - так бледна.

А тонкий ноготь новолунья

Грозит из синего окна.

1920

МУЗА

Пшеничным калачом заплетена коса

Вкруг милой головы моей уездной музы;

В ней сочетается неяркая краса

Крестьянской девушки с холодностью медузы.

И зимним вечером вдвоем не скучно нам.

Кудахчет колесо взволнованной наседкой,

И тени быстрых спиц летают по углам,

Крылами хлопая под шум и ропот редкий.

О чем нам говорить? Я думаю, куря.

Она молчит, глядит, как в окна лепит вьюга.

Все тяжелей дышать. И поздняя заря

Находит нас опять в объятиях друг друга.

1920

ПОЦЕЛУЙ

Когда в моей руке, прелестна и легка,

Твоя рука лежит, как гриф поющей скрипки,

Есть в сомкнутых губах настойчивость смычка,

Гудящего пчелой над розою улыбки.

О да, блажен поэт! Но мудрый. Но не тот,

Который высчитал сердечные биенья

И написал в стихах, что поцелуй поет,

А тот, кто не нашел для страсти выраженья.

1920

УЛИЧНЫЙ БОЙ

Как от мяча, попавшего в стекло,