Коптивший рассвет был снотворным. Не иначе: Он им был подсыпан - заводам и горам Лесным печником, злоязычным горынычем, Как опий попутчику опытным вором.
Очнулись в огне. С горизонта пунцового На лыжах спускались к лесам азиатцы, Лизали подошвы и соснам подсовывали Короны и звали на царство венчаться.
И сосны, повстав и храня иерархию Мохнатых монархов, вступали На устланый наста оранжевым бархатом Покров из камки и сусали.
- 17
Ледоход
Еще о всходах молодых Весенний грунт мечтать не смеет. Из снега выкатив кадык, Он берегом речным чернеет. Заря, как клещ, впилась в залив, И с мясом только вырвешь вечер Из топи. Как плотолюбив Простор на севере зловещем! Он солнцем давится взаглот И тащит эту ношу по мху. Он шлепает ее об лед И рвет, как розовую семгу. Капель до половины дня, Потом, морозом землю скомкав, Гремит плавучих льдин резня И поножовщина обломков. И ни души. Один лишь хрип, Тоскливый лязг и стук ножовый, И сталкивающихся глыб Скрежещущие пережевы.
* * *
Я понял жизни цель и чту Ту цель, как цель, и эта цель Признать, что мне невмоготу Мириться с тем, что есть апрель, Что дни - кузнечные мехи, И что растекся полосой От ели к ели, от ольхи К ольхе, железный и косой, И жидкий, и в снега дорог, Как уголь в пальцы кузнеца, С шипеньем впившийся поток Зари без края и конца. Что в берковец церковный зык, Что взят звонарь в весовщики, Что от капели, от слезы И от поста болят виски.
- 18
Весна
1
Что почек, что клейких заплывших огарков Налеплено к веткам! Затеплен Апрель. Bозмужалостью тянет из парка, И реплики леса окрепли.
Лес стянут по горлу петлею пернатых Гортаней, как буйвол арканом, И стонет в сетях, как стенает в сонатах Стальной гладиатор органа.
Поэзия! Греческой губкой в присосках Будь ты, и меж зелени клейкой Тебя б положил я на мокрую доску Зеленой садовой скамейки.