– Я всего лишь Мария из Назарета, – объяснила Мария. – И Иосиф всего лишь Иосиф. Не ради нас сопровождают нас птицы и оберегает нас Ангел, но ради Младенца, что скоро придет в мир, ради Сына.

– Младенца? – прошептал старый разбойник.

Мария кивнула и улыбнулась ему. И в это мгновение прошел страх, который внушило этому разбойнику явление Ангела. Ему стало радостно и хорошо.

– Удивительно, – думал он.

– Я покажу тебе сейчас что-то совершенно замечательное, – сказала Мария таинственно разбойнику. – Иосиф, помоги мне, пожалуйста, разобрать поклажу.

Иосиф развязал ремень. Младший разбойник в напряжении сдерживал дыхание. Правая рука так крепко обхватила рукоять ножа, что суставы побелели.

– Что же было у этой женщины для Младенца? Чем она гордилась?

Она уселась справа и сняла с сундучка замок. Затем она отряхнула со своей юбки всю солому, вынула маленькие красивые детские вещички и показала их изумленным разбойникам.

– Смотри! – сказала она и протянула каждому из них какую-то крохотную маленькую рубашонку, – разве они не чудесны?

Младший разбойник был так ошеломлен, что нож выпал у него из рук.

Иосиф видел это и мгновенно запихнул нож ногой в солому. Но разбойник совершенно ничего не заметил. Он стоял, уставясь и крутя рубашонку с одной стороны на другую, и лицо его становилось все краснее и краснее.

Какой позор! Вот бы он похитил этот узел с маленькими детскими вещицами, какой смех пошел бы от города к городу, от селения к селению! Самый малый бы ребенок смеялся, слыша его имя: «Гроза пустыни! Он похитил белье первенца! Ох!»

Он бросил рубашечку на юбку Марии. Мария заботливо сложила детские одежки снова вместе. Все молчали.

Тут молодой разбойник заговорил: «Я хотел быть героем. Но невозможно прославиться, если воровать одежку ребенка, который еще не родился. Расскажите своему сыну, когда он подрастет, что «Гроза пустыни» собирался украсть его пеленки; пусть он знает, какие бывают люди»