К тому времени Фредерик, его двое дочерей от первого брака и 17-летняя Розмари жили уже не в вагончике, стоявшем в чистом поле, а в Глостере, в доме № 25 по Мидланд-роуд. Глава семейства устроился на работу маляром, а его юная жена вместе с родной дочерью и падчерицами сидели дома.

Стоит отметить, что отношения Розмари с последними не заладились с самого начала. Мачеха отличалась крайне агрессивным характером с явно садистскими наклонностями. За малейшее ослушание она набрасывалась на малолетних падчериц с кулаками, стегала их ремнем или била всем, что подворачивалось под руку. Фредерик знал об этом, однако ни разу не заступился за девочек, а порой и сам, будучи в дурном расположении духа, участвовал в этих истязаниях. В конце концов все это привело к трагедии.

В 1971 году Фредерик угодил на несколько месяцев в тюрьму за мелкую кражу. В доме осталась Розмари, в полную власть которой попала собственная годовалая дочка Хизер и две падчерицы. Старшей была 8-летняя Шармейн. В один из майских дней Розмари внезапно накинулась на девочку и заставила ее раздеться. Ее лесбийские наклонности не были тайной для Фредерика, однако это отнюдь не смущало его, а, наоборот, возбуждало еще больше. Иногда он приводил в дом случайных девиц и они втроем устраивали дикие оргии, во время которых находилось место как любви естественной, так и лесбийской. Однако при Фредерике Розмари никогда не заикалась о том, чтобы приобщить к этому делу Шармейн, так как опасалась гневной реакции мужа. Но теперь у Розмари руки были развязаны.

То, что произошло во время оргии, не поддается человеческому пониманию.