- А удобно?!

- Что ты городишь?! Конечно, удобно! - Я укоризненно покачал головой.

- Я с удовольствием... Спасибо... Но надо же груз отвезти. Ребята беспокоиться будут.

- А сколько вас?

- Четверо.

Друзья его наверняка уже устроились в гостиницу, и, по всем соображениям, с ними ему было бы неплохо.

- И учти, жить ты будешь у меня. - Тон мой отвергал всякие возражения.

- Ну что ты, что ты?! - испуганно замахал он руками.

- Никаких разговоров! Этого еще не хватало! Огромная квартира пустует, а ты по гостиницам будешь шляться?!

Он просиял, как двоечник, которого вместо школы вдруг повели на цирковое представление... Но вот что с ним делать вечером? Странновато будет, если я потащу его с собой, странновато и никак не объяснимо...

Пока я переодевался, он, ошарашенный и небесно-голубой "Волгой", и разговором с милиционером, и медалью, и размерами квартиры, и стенами ее, обитыми темными дубовыми панелями, и книжными шкафами с бесчисленным количеством книг, делился жизненными планами:

- Больше откладывать нельзя. В конце концов, уже сорок скоро. Неудобно даже... У всех дети...

- А она тебе нравится?

Похоже, что Алик задумался об этом впервые.

- Хорошая девушка. Двадцать пять лет, с высшим образованием. Во Дворце у нас работает. А твоя где?

- Отдыхать уехали.

- Без тебя?

- Они здесь, недалеко. На даче.

- Старшему уже сколько? Девять?

- Восемь.

- А младшему?

- Шесть.

- Скоро в школу пойдет. Ты молодец. Профессор уже, наверное?

- Доктор наук.

- Мне говорили... У нас все об этом знают... Ребята тоже хорошо устроились, но ты... - Алик не нашел слов, чтобы выразить одобрение. - А премию давно получил?!

- Года два. Тема закрытая была, поэтому в газетах не писали.

- У тебя голова всегда отлично работала. - Не поняв, что означает "закрытая тема", Алик огорченно вздохнул, но переспросить постеснялся.