Черпаки - основной аппарат угнетения и подавления всякой самостоятельности духов. А как иначе? Еще недавно нынешние черпаки сами стирали "дедушкам" хабэ, подшивали к ним белые воротнички, чистили разбитую обувь, застилали пружинистые койки или же привычно разгребали дерьмо в солдатском туалете, стены которого постоянно черны от мух. А теперь, с появлением из Союза новой поросли эти обязанности переходят к ней. Волшебная пора для черепов, которые пользуются ей, как правило, безоглядно.

Но и черпаки не всемогущи, потому что следующие полгода армейской службы прочно занимают "фазаны", над которыми гордо парят, ожидая приказа министра обороны об увольнении в запас, "дедушки".

Дедушки не занимаются молодыми, отдавая их на откуп черпаков с фазанами, практически не вступают с душарами в разговоры, но зорко следят за тем, что происходит в подразделении. Безусловно, дедушкам нужны порядок и исполнительность, но им не нужен террор, который может привести к разбирательствам, а, следовательно, к ущемлению всех их негласных прав и привилегий, заработанных тяжелой полуторагодовалой службой на этой раскаленной земле.

У дедушек другие заботы. Это великие и святые заботы, понятные каждому солдату, готовящемуся к заветной демобилизации. Дедушки постоянно думают о дембеле, рыщут по бригаде в поисках парадной формы, создавая ее почти из ничего, проявляют немалую изобретательность при оформлении дембельских альбомов и готовят подарки родным, стараясь всеми возможными и невозможными способами увеличить количество чеков и афошек, не гнушаясь отбором денег у младших по сроку службы.

Короче, солдаты занимаются всей той беспокойной работой, которая известна всякому уважающему себя дедушке, желающему гордо, во всеоружии, ступить на родную землю. Эти заботы не идут ни в какое сравнение с мелочной суетой самоутверждения черпаков и фазанов. У дедушек одна мысль, одна мечта - утвердить себя там, в той далекой и прекрасной жизни, откуда они пришли и куда собираются вновь вернутся после приказа министра обороны.