- Не знаю... Просто любимый человек, - ответила та тихо.

- Так это из-за него?... Стюардесса кивнула

- И давно?

- Второй год... Он ищет нефть, я ищу его. Так и живем...

Самолет сильно тряхнуло, еще раз и еще. Заплакал ребенок.

- Здесь всегда болтает, - побледнев, сказала бортпроводница, - сплошь - озера...

Все, что могло шевелиться, качаться, подпрыгивать, пришло в движение. Подпрыгивали в сетках свертки, шляпы и кепки, раскачивались на крючках пальто и плащи, ерзали в хвосте чемоданы, и пассажиры, не отставая от своих вещей, тоже ерзали, подпрыгивали, болтались на своих местах.. С обезумевшим видом, зажав рот рукой, в туалет промчался юноша-ненец.

- Воды! - простонала беременная женщина Ольга Ивановна бросилась исполнять ее просьбу.

- Пакет!.. Дайте мальчику пакет!.. - попросила другая женщина.

Из туалета на ватных ногах вышел молодой ненец.

- Я много летал, на Таймыр летал, на Диксон летал, в Нарьян-Мар летал, но такого... - он не договорил и, зажав рот, кинулся назад в туалет.

- Товарищи пассажиры, пакеты перед вами, в сетках! - крикнула Ольга Ивановна.

А старый ненец, откинув голову на спинку кресла, вдруг запел пронзительным, тонким голосом:

Пароход - хорошо, самолет - хорошо,

А оленя - лучше!

Именно этот тяжелый момент полета выбрал восточный человек, чтобы подкрепиться. Не обращая внимания на творящееся вокруг него, он домовито постелил скатерку на свободном месте, достал банку с жирной бараниной, всевозможные травы и приправы, разломил чурек, извлек бутылку с добрым сухим вином и, пожелав самому себе "доброго здоровья", хлебнул из горлышка и принялся с аппетитом за еду

Его сосед, старичок, похожий на врача, с отвращением поглядел на это пиршество, что-то сердито проворчал и отвернулся.

Пароход - хорошо, самолет - хорошо,

А оленя - лучше.

- пел старый ненец.

Ольга Ивановна поддерживала голову одного из мальчиков, ласково уговаривая: